хроники
Позвращалась на электричке поздно вечером в Москву из Подмосковья, где проходили партийные тренинги и открытие молодежного проекта.
Получила массу вчератлений. На станции N ужасно воняло помойкой. Было темно и пустынно. В вагоне спали два алкоголика. Ко мне подошел человек в церковной одежде, но без обуви, от него невыносимо дурно пахло. Попросил телефон позвонить. Зачем-то дала. Потом протерла трубку стиртом из аптечки, побрызгала на свой воротник духами, чтобы перебить запах собеседника.
Ближе к Москве подсели два пикапера.
- Девушка, вы не могли бы позвонить на мой номер, чтобы я настройки телефона поверил?
Позвонила. А вдруг если бы я нагрубила, как обычно, они проявили бы агрессию? Нет уж, проще номер свой дать и поговорить десять минут, чем потом отбиваться в пустынном вагоне. Меня зовут Ася. Да, полное имя-отчество Ася Константиновна. Я работаю помощником прокурора в Генпрокуратуре. Почему так поздно еду домой? У нас были тренинги за городом, но мне стало плохо. Почему плохо? Возможно, потому что я не семнадцатой неделе беременности. Да, муж со мной работает, он должен был на тренингах остаться. Да, скоро собираюсь в декрет.
Отцепились. В вагон зашли менты, грубо растолкали спящих на лавках пьянчуг.
- Документы дай, урод. Зачем в Москву едешь? Работу искать? Ну-ну.
Менты ушли. Ряженый священник попросил проводить его до метро. Отказала.
Быстро вышла из вагона на Белорусском вокзале, нырнула в метро. Метро показалось очень комфортабельным транспортом после электрички.
Всё-таки мне катастрофически обидно иногда бывает за Родину.
Во Франции три года назад я часто ездила по ночам на электричках; случалось, что приставали всякие безумные арабы, а африканцы в тамбуре предлагали покурить гашиш. Но было спокойно, потому что кругом видеонаблюдение, станции хорошо освещены и хорошо охраняются. В России я редко чувствую себя в безопасности.

В рубрику "вопросы". Посоветуйте, пожалуйста, хорошие курсы или школу выживания. Либо какую-то систему самоподготовки.
Спасибо.